Пыль хрустела под ботинками в Пыльных землях, солнце жгло спины, пот вперемешку с грязью стекал по коже — липкий, солёный, лез в глаза и рот. Рюкзаки врезались в плечи, тяжёлые, набитые барахлом, пакетами Раша и водой, что иссякала быстрее, чем хотелось бы. Тоу тащил свой, тело горело, цепной ошейник натёр на шее саднящую полосу, замок-клетка впивался в пах, член набухал от тряски шагов, смазка сочилась, пятная пахотряпку и бёдра холодной слизью. Ноги подгибались, мышцы ныли, мальчишеское тело тряслось от изнеможения, пыль скрипела на зубах.
Бэстион шагал рядом, громадный, рюкзак сидел на нём частью торса, но замок-клетка давил яйца, трение жгло, пот с грязью тёк по ногам, усталость набухала в спине тяжёлым грузом. Он косился на Тоу — мелкий, мокрый, шатается.
Рейк впереди, ровный темп, красный ирокез в пыли, пот с грязью размазан по рельефному торсу, кольца в сосках блестели. Обходил ржавые кости Древнекрови, слушал ветер, следил за горизонтом. Вскинул руку:
— Стой.
Группа замерла, дыхание рваное, тела в поту, грязь налипла на кожу.
Рейк присел у руин, пальцы вкопались в свежий след в песке — глубокий, когтистый. Пот с грязью размазался по ладоням.
— Эй, без привала, следы Цепных Сборщиков свежие. Пыли полгорсти, воды один глоток. Груз не сбрасывать, целиком сдать на ферму Грипа — двойная цена за нетронутый.
Тоу споткнулся, рюкзак качнулся, барахло звякнуло, ноги подломились, замок-клетку заклинило у бедра, смазка хлюпнула. Бэстион сгрёб его плечо громадной рукой, толкнул вперёд:
— Тащи, малой, шагай.
Тоу моргнул, взгляд на руины — ржавые кости торчали зубами.
— Сэр, эти руины… живые? Твари там?
Голос сиплый, пыльный, тело тряслось.
Бэстион рыкнул, кулак стиснул пыль:
— Заткнись, малой. Рейк ведёт.
Рейк фыркнул, встал, отряхнул руки:
— Твари — да, но груз дороже. Двигаем.
Шаги тяжелее, рюкзаки давили, клетки тёрли, смазка холодила бёдра. Шорох из руин — Пылехищник вырвался из тени: два с половиной метра мышц, шкура в костяных шипах, пасть распахнута, слюна Чёрного Молока капала чёрными каплями, шипела на песке, глаза — пустоты Древнекрови.
— В круг, блядь!
Рейк выдернул бластер, выстрел чиркнул по шипам, мимо, тварь дёрнулась, рванула вперёд.
Парни прижались спинами, рюкзаки в центр. Бэстион шагнул вперёд, нож в кулаке. Тварь прыгнула — шипы вспороли плечо, кровь брызнула, яд жёг мышцы, как Раш в венах, отдача в грудь, дыхание сорвалось. Бэстион взревел, кулак влетел в морду — хруст, чёрная слюна разлетелась, тело налилось на адреналине, замок-клетка сдавил набухший член, смазка потекла по бедру. Локтем отбросил Тоу за спину, сбил с ног, накрыл торсом — ноги Бэстиона подгибались от яда, но держали.
Тоу рухнул, барахло в рюкзаке звякнуло, пакет Раша покатился, пыль взлетела. Сердце колотилось, цепной ошейник жёг, замок-клетка пульсировал, смазка хлюпала. Рука нащупала кусок ржавой арматуры — швырнул в бок твари, шипы треснули, Пылехищник взвыл, отвлёкся, выпад Бэстиона украл момент.
Рейк ушёл вбок, бластер к пасти — луч пробил глотку, Чёрное Молоко вспыхнуло, челюсти щёлкнули в спазме, тело дёрнулось, рухнуло. Песок впитал кровь и слюну, вонь ударила.
Бэстион ножом срезал твари голову, чёрная жижа брызнула. Рейк присел рядом, зачерпнул жижу в склянки:
— Эта дрянь для кучи парней бьёт по мозгам, как Чёрное Молоко — приход с мутацией, но половина подыхает. Мутации нестабильные, но нам — чистая прибыль. Двигаем, пока Сборщики не нагрянули.
Дыхание рваное, пот с грязью рекой. Рейк выдернул тряпку, плеснул воды из фляги, промыл рану Бэстиона, присыпал Рашем. Кровь смешалась с пылью, яд ел мышцы, жжение прострелило в ноги, замок-клетка тёр, смазка капала.
Тоу сел рядом, глаза огромные:
— Сэр, тварь… от Раша? Бэстион ранен?
Голос дрожал, тело в поту и адреналине, смазка капала из клетки.
Бэстион рыкнул:
— Заткнись, малой. Рейк знает, что делать.
Косой взгляд, ревность кольнула — Рейк трогает плечо, хлопает, а пацан пялится.
Рейк фыркнул:
— Промыть яд, Раш гасит жжение. Груз цел — ферма Грипа платит. Двигаем скоро, силы уходят.
Повязка тугая, Бэстион встал, плечо пульсировало, но шагнул. Тоу подхватил рюкзак, адреналин ещё бил в венах. Руины позади, Пыльные земли ждали.
Ночь у костра
Огонь занялся медленно — сухой кустарник трещал, дым стелился низко, ночь Пыльных земель наваливалась холодом. Тела опустились в круг: Тоу сполз на песок, скинул рюкзак, пахотряпка прилипла к бёдрам, пот стекал по ногам, замок-клетка холодил кожу. Бэстион сел тяжелее, плечи обвисли, взгляд на Рейка — вожак жевал горсть Пыли, разминал её в ладонях. Усталость висела в воздухе густо, тишина плотная, тела блестели потом, запах соли и Раша висел.
Бэстион напрягся — Рейк глядел на Тоу дольше обычного, пацан разлёгся, дышал ртом, синий ирокез сбился. Ревность кольнула: Бэстион знал этот взгляд, но пацан новый, свежий, перетягивает взгляды. Тело Бэстиона сжалось, замок-клетка напомнил, яйца заныли.
Тоу, стирая пот, кивнул Бэстиону — громила, шрам на шее, клетка выпирала под пахотряпкой.
— Эй… ты тоже раб? — выпалил Тоу, голос сиплый от пыли.
Бэстион замер, кулак вцепился в песок.
— Нет. Свободный, — рыкнул низко, взгляд тяжёлый.
Тоу моргнул, уставился ниже пояса.
— Но у тебя тоже клетка… блядь.
Рейк взвился мгновенно — рука хлестнула по затылку, голова молодого раба мотнулась.
— Малой, отвали от Бэстиона. Не докапывайся до него, — сказал Рейк ровно, без крика, но вес слов придавил Тоу к земле.
Тоу залился краской, рот раскрылся и захлопнулся, стыд жёг щёки, глаза в песок. Тишина у костра сгустилась, тела замерли — Бэстион выдохнул, ревность кольнула сильнее, Рейк глядел на обоих, угол рта дёрнулся.
Рейк чувствовал, как Пыль уже качает силу — жар в венах, член дёрнулся в джоке, набух от этой дряни: Бэстион взбешён, кулаки стиснуты, ревнует к дырке пацана, а пацан красный как рак, рот раскрыт, ждёт.
— Блядь, вы меня раззадорили, — фыркнул Рейк, голос низкий, потянулся к пакету Раша.
Бэстион дёрнулся машинально, рука пошла за дозой, но Рейк перехватил запястье — резко, сжал.
— Ещё не заслужил, бро.
Рейк глотнул Раш из мелкого пакета, жидкость ожгла глотку, мир мгновенно загустел — пот на коже задышал жарче, член в джоке дёрнулся, тяжело набух. Огонь трещал, бросал тени на лица, пыль Пыльных земель оседала на потные торсы, воздух висел тяжёлый, пропитанный потом и напряжением перехода. Он вытер рот тыльной стороной ладони, глаза горели властью и желанием, кивнул Тоу через костёр, колени в пыли, клетка под пахотряпкой текла от одного взгляда вожака.
— Эй, Тоу, сюда, мелкая сучка, — Рейк хлопнул себя по бедру, голос низкий, уверенный, как удар.
Тоу дёрнулся, тело подчинилось по-щенячьи — пополз на четвереньках через круг у костра, глаза огромные, рот раскрыт. Рейк схватил ирокез, вздёрнул вверх, притянул к торсу. Губы Рейка вмялись в рот Тоу, грубо, язык протолкнулся внутрь, слюна смешалась с пылью, солью и вкусом Раша. Руки Рейка скользнули по поджарому телу, стиснули ягодицы жёстко, пальцы вдавились в мясо, клетка Тоу качнулась, смазка капнула на землю.
Бэстион сидел сбоку, громадный, замок-клетка давил яйца, мышцы напряглись, взгляд прикован — ревность жгла, член набух в клетке, выхода нет. Он рыкнул тихо, сломался, подполз ближе, сам раскрыл рот, губы обхватили член Рейка сквозь джок, выудил наружу — толстый, в венах, мокрый от смазки уже. Бэстион загнал в глотку до яиц, горло сжалось, слюна потекла по стволу, сосал жадно, голова качалась в ритме машины, сосредоточен только на Рейке, на этом мускусе и вкусе Раша.
Рейк фыркнул, одна рука направляла голову Бэстиона — пальцы в волосах, толкал глубже, член таранил глотку, Бэстион давился, слёзы текли, но сосал сильнее, яйца Рейка шлёпали по подбородку. Другая рука притиснула Тоу к соскам.
— Лижи, сучка.
Рот Тоу к левому соску, кольцо холодное, металл, вкус солёного пота, Раш изо рта вожака жёг язык, он лизал жадно, сосал кольцо, тянул зубами, тело тряслось от возбуждения. Работали в паре — Бэстион сосал член, Тоу мял яйца Рейка, сжимал, перекатывал, потом менялись: Тоу глотал головку, Бэстион лизал ствол снизу, в такт. Бэстион рыкнул тихо, направил рукой затылок Тоу:
— Глубже, малой, бери.
Рейк откинулся на локти, тело лоснилось потом, волны Раша расходились — соски торчали, кольца блестели, член дёргался во рту Бэстиона. Он рванул Бэстиона за плечи, опрокинул на спину в пыль у костра, грубо развёл ноги, клетка Бэстиона качнулась, смазка брызнула. Рейк плюнул на дырку Бэстиона, палец растянул, вогнал одним толчком — Бэстион взревел, дырка сжалась. Рейк трахал жёстко, щипал соски пальцами, тянул кольца, шлёпки по щекам — слева, справа, голова Бэстиона мотнулась, рот раскрылся под густые плевки Рейка, слюна потекла по подбородку. Бэстион хрипел, тело выгнулось, замок-клетка тёрся о бедро Рейка, сухой оргазм катился волнами, но фокус на Рейке — кончить не мог, только спазмы, яйца стискивались вхолостую.
— На четвереньки рядом, задом ко мне, — рявкнул Рейк на Тоу.
Тоу встал по-собачьи рядом, зад наружу, Рейк одной рукой дотянулся, размял половинки, вогнал палец в дырку — тугую, горячую, Тоу взвыл, тело взбрыкнуло. Бэстион в агонии сухого оргазма схватил яйца Тоу, пригвоздил пацана к месту, сжал жёстко, ревность жгла.
— Терпи, сучка.
Тоу заскулил, дырка сжалась вокруг пальца Рейка, слёзы потекли.
Рейк вышел из Бэстиона одним резким движением, развернулся к Тоу:
— Твоя очередь, малой.
Вогнал резко, Тоу заорал, девственную дырку прострелило болью, Бэстион сгрёб Тоу за шею, придушил слегка, придавил к земле, тело Тоу напряглось. Рейк трахал глубоко, член растягивал тугую невольничью дырку, Тоу скулил, но после пары толчков расслабился — дырка ослабла на члене, тело пошло волнами в ритм.
— Видишь, сучка, берёт как надо. Бэстион, учись, — рыкнул Рейк.
Рейк вышел из Тоу, дырка зияла, сок потёк, сгрёб Бэстиона:
— Садись сверху, кончай наконец.
Бэстион оседлал, дырка приняла член Рейка легко до яиц, скакал сверху сам, сухой оргазм ударил жёстко — тело дёрнулось, простата сжалась, волны без спермы, он завыл тихо: верный пёс. Тоу подполз, лизал соски Рейка — соль, металл кольца. Рейк кончил в Бэстиона, сперма хлынула горячо и густо, Бэстион взвыл, дырка переполнилась. Рейк вышел, сперма потекла.
— Вылижи дочиста, Тоу.
Язык Тоу к дырке Бэстиона, слизывал сперму с хлюпом, вкус солёного мускуса, Бэстион рыкнул, держал голову. Рейк встал над Бэстионом, член на уровне рта:
— Открой.
Струя мочи ударила — тёплая, обжигающая, Бэстион глотал, остальное текло по лицу, торсу, мешалось с потом и пылью. Огонь угасал, ночь густела, тела блестели, ревность Бэстиона тлела, но Рейк шлёпнул по щекам обоих:
— Хватит на сегодня, сучки, отдыхайте.
Сон
Тела осели в пыли, тепло костра мешалось с жаром разрядки — Рейк в центре, Бэстион прижат боком, тяжёлая рука на плече вожака, Тоу свернулся в ногах, голова на бедре Бэстиона. Сперма и слюна засохли на коже, моча Рейка ещё жгла рот Бэстиона, дырки пульсировали, клетки давили набухшие члены. Сон навалился тяжело — тела сплелись, пот и пыль склеили, тепло общее, разрядка телесная, ревность Бэстиона притупилась, не ушла, но осела в тепле круга. Ночь Пыльных земель сомкнулась, до рассвета.